Первая мировая и Харьков. На фото Н.В. Протасьев. В годы Первой мировой войны в Харькове и за его пределами случилось несколько событий, которые серьезно повлияли на его жизнь и систему управления.

Обретение городского головы
После смерти Александра Константиновича Погорелко Харьков почти два года не мог найти себе городского голову. Дважды за эти годы выборы прошли безуспешно — барона Романа Будберга в должности не утвердило МВД, а Иван Бич-Лубенский сам отказался оправдывать доверие харьковцев. Все это время исполнял обязанности главы города приват-доцент университетской кафедры ботаники Николай Евдокимович Дорофеев. Со своими обязанностями он, как считали гласные городской думы, справлялся — брал кредиты на развитие, как теперь бы сказали, инфраструктуры. Но…

Война заставила действовать по-новому. К середине осени 1914 года Харьков принял 6 тысяч беженцев и готовился принять еще 20 тысяч. Для их приема строились специальные бараки, а поначалу на эти нужды использовались театральные и цирковые здания. Позднее город принял сельхозакадемию из Варшавы и завод ВЭК из Риги (ныне ХЭМЗ).

В таких условиях левые и правые в думе вынуждены были действовать сообща и 10 (23) декабря 1914 года избрали новым городским головой знаменитого историка Дмитрия Ивановича Багалея (51 голос за, 7 — против). Министр внутренних дел Н. А. Маклаков утвердил выбор харьковцев. Не высказало возражения и губернское начальство. Академик Багалей сохранял руководство города фактически до середины 1917 года.

Смерть на боевом посту
В первый год войны губернатором был назначен еще в 1908 году Митрофан Кириллович Катеринич. Управлял он, говоря по-современному, «дистанционно». Например, мог отправиться на отдых в Ниццу на четыре месяца. Фактически все тяготы легли на вице-губернатора. Сначала — на И. Стерлигова, а затем — на сменившего его П. Масальского-Кошуро. Павел Николаевич и стал тем по-настоящему ответственным лицом, который переводил жизнь в губернии на военные рельсы. «Масальский-Кошуро родился в Харькове, но детские годы провел в Ахтырке. Павел Николаевич происходит от искони русской фамилии (не польской, как ошибочно сообщалось у нас на днях), и имеет в числе своих предков Рюриковичей»,— писала газета «Южный край».

П. Масальский-Кошуро сохранил должность и при новом губернаторе — тайном советнике Николае Васильевиче Протасьеве (1854—1915). Этот чиновник уже прославился успешным управлением Олонецкой и Самарской губерниями. Управляя русским севером, он предложил строительство глубоководного незамерзающего порта на Кольском полуострове. Эта идея была принята наверху, и таким образом появился на карте город Николаевск-на-Мурмане (ныне Мурманск). Другая его идея была осуществлена уже при советской власти — прорыт Беломоро-Балтийский канал. Правда, Протасьев отнюдь не предполагал, что стройка будет вестись силами заключенных.

В 1914 г. с началом войны Протасьев успешно избежал бунтов и погромов в среднем Поволжье, провоцируемых мобилизацией и желанием пограбить местное немецкое население. Многие города Поволжья в 1913—1915 гг. были охвачены эпидемией холеры и тифа, и губернатор лично контролировал борьбу с этими заболеваниями, посещал больницы и лазареты. В какой-то момент ему показалось, что тиф его «не возьмет» никогда.

В Харьковской губернии с июля по ноябрь он продолжал работать так же, как и в Самарской. 26 ноября 1915 года Николай Васильевич Протасьев умер, заразившись-таки тифом от раненых солдат. Это был незаурядный администратор, чья кипучая энергия за полгода управления губернией сделала его любимцем харьковцев. Похороны превратились в огромную манифестацию, перед гробом нес флаг Харькова лично городской голова Дмитрий Багалей.

Сиротам — сыну и дочери — городская дума назначила пожизненную стипендию, но, в силу известных событий, они получали ее недолго. Сын Николай оказался беспризорником и, по некоторым данным, воспитанником А. С. Макаренко. Наверняка известно, что в 1929 году он за сокрытие «неправильного» происхождения лишился работы учителя физкультуры и московской прописки. А вот дочь, Татьяна Николаевна (1904—1987) пережила отсидку по политической статье и после этого жила двумя параллельными жизнями. Широкой общественности она была известна как старейшая сотрудница Государственного исторического музея и автор множества монографий, а более узкому кругу — как монахиня Таисия и, позднее, схимомонахиня Фамарь. Ее образ остался запечатленным на полотнах П. Корина и М. Нестерова.

Конфуз в Омске
Масальский-Кошуро успел поработать некоторое время замом и при следующем губернаторе — кн. Николае Леонидовиче Оболенском (о нем как о дяде классика советской литературы Константина Симонова наша газета писала ранее), а затем отбыл руководить Акмолинской губернией. После провала мобилизации местного казахского населения, Масальский-Кошуро был задержан на вокзале в Омске.

Газета «Южный край» писала в своем номере от 25 сентября 1916 года следующее: «Вчера Масальский-Кошуро окончательно выехал из Омска в Рославль спецвагоном, предоставленным ему по распоряжению из Петрограда. Накануне арестанты местной тюрьмы весь день грузили его имущество. Утром, когда Масальский-Кошуро занял место в вагоне, и вагон был прикреплен к поезду, местный представитель государственного контроля, проходя, заметил, что этот вагон битком набит вещами.

Он пригласил начальника станции. У Павла Николаевича был затребован билет и квитанция на оплату провоза вещей. Этой квитанции у бывшего губернатора не оказалось. Весь багаж был определен в 200 пудов. Управлением Омской железной дороги была дана телеграмма на станцию следования Масальского-Кошуро с предписанием перевесить весь багаж и взыскать тройную провозную плату — в общем около 3500 рублей. Весь инцидент происходил в присутствии провожающих бывшего губернатора лиц, жандармской и наружной полиции».

Харьков, вообще, очень благодарный город. «Этот — наш, харьковец», — самодовольно улыбаемся мы, хотя «харьковец» пробыл в Харькове не больше двух-трех лет. Вот, например, Павел Николаевич Масальский-Кошуро. Наши претензии к нему более чем основательны. Следя за дальнейшей его карьерой, мы более чем кто-либо другой имеем право купаться в лучах его немеркнущей славы. Интересные подробности отъезда из Омска бывшего акмолинского губернатора нашли уже отражение в телеграммах. Если бы мы не жили в России, где все возможно, мы бы даже сказали, что обстановка отъезда из Омска в Петроград нового члена Совета министра внутренних дел просто невероятна.

У Павла Николаевича, по его словам, было много врагов и недругов. Там, куда приходил почтенный П. Н., были почти исключительно обыватели. Уходя же, г-н Масальский-Кошуро видел, как в них пробудилось и неудержимо росло что-то сознательное, что-то от гражданина, не только воочию осязающего свои права, но и отстаивающего их смело и бестрепетно».
Вот лишь некоторые истории времен той войны.

Дмитрий Губин.
Медиа-компания "Время"
http://timeua.info/050814/86820.html
Информация добавлена: Арсен Мелитонян
http://timeua.info/050814/86820.html" data-title="Первая мировая и Харьков. На фото Н.В. Протасьев. " >